Предыдущая   На главную   Содержание   Следующая
 
Склонность к дождю
 
 
  
 


сл. С. Жигунова
муз. А. Горина.

Свобода выбора
Возле желтых скал, среди саванны,
На пути к земле обетованной,
Свято веря в мир, и им гоним,
Я умру, сомненьями томим.

И умрут со мной мои желанья,
Первые мечты и обещанья,
Флейты тростниковое звучанье...
Будет память обо мне, как дым.

Возле желтых скал, среди саванны,
Я лежу под небом бездыханный
Мертвый, но такой же своенравный,
В мыслях завещание храня:

Грудь - земле, глаза - голодным птицам,
Череп - чаша путнику напиться.
Разум, так уставший быть в ответе
Вместе с болью пусть развеет ветер.

Но в хорошем месяце апреле
Умер я, уснув в своей постели.
Шторы не задернув перед сном
В светлом доме под большим окном.

А потом проснулся слишком рано,
Над землей плыла моя саванна,
Старый гриф в зеленых небесах,
Отблеск солнца в выцветших глазах.



Обыкновенный клоун.

Что случилось? Кто ответит?
На арене в ярком свете
Рыжий клоун горько плачет,
А вокруг лошадки скачут.
Слезы тонкой струйкой льются,
О ботинки звонко бьются.

Громко зрители кричали:
'Вы не плачьте, рыжий клоун,
Вы зачем в такой печали?
Может, что случилось дома?'

И ответил барабанщик:
'Этот клоун - он обманщик,
И не вкладывает душу.
Этот фокус на обмане.
И резиновая груша
У него лежит в кармане'.

Было б много интересней,
Если б он рыдал всерьез,
Но тогда ему не хватит
Либо сердца, либо слез.



Городской романс.


Потерялась пуговка,
Перетерлась ниточка,
Ах, слезинка - луковка,
Ах, трамвай - улиточка.

Все вроде бы шуточка,
Да слеза спешит.
Лопнувшая ниточка
На ветру дрожит.

До конца доеду я,
Отряхну пиджак.
Потерялась пуговка -
Проживем и так.

Ниточка в душе моей
Все не обрывается,
Иногда болит сильней -
Может, собирается.


Мистерия.

Житейских дел земную пыль
Сотру с плеча, сотру с плеча,
Чтоб взмах пера огонь свечи
Во тьме качал.

Забыт парик, на рукавах
Истерт камзол, истерт камзол,
Собрался мрак вокруг огня,
И век прошел.

Сквозь осенний снег, как хрустальный храм,
Небесный свет незабвенных глаз
Горит закат - цвет Христовых ран
Молись - и Господь не оставит нас...

Бумаги лист красив и бел,
Но все равно, но все равно
В сухой чернильнице сверчок уснул давно.

И долетает менуэт,
Как плеск весла, как плеск весла
С позиций шахматных фигур
Добра и зла.

Страницы ветер отворил,
Толкнув окно, толкнув окно,
И переплел в один клубок
Добро и зло.

Качнулись шторы,
И далекие, далекие моря,
Всю эту сказку сочинил
Совсем не я...


Супермен.

Кактус, не успев зацвесть, поник,
Под скалой песок замел родник.
Но вода и пища не нужна
Ни ему, ни лошади его.

Славный парень - супермен!
То ли Микки, то ли Дэн.
Пулей в муху попадет,
Больно бьет надежный кольт!
Славный парень - супермен!

Объезжает степи и леса,
И вострит орлиные глаза.
Если б не попал песок в карман,
Переплыл бы Тихий океан.

Славный парень - супермен!
То ли Микки, то ли Дэн.
Захромал лихой скакун,
И, вздохнув, вошел в салун
Славный парень супермен!

Сто бандитов разом застрелил,
Ох, и грозен этот самый Билл!
До того опасен, что не зря
Испугал однажды сам себя!

Славный парень - супермен!
То ли Микки, то ли Дэн.
Улыбнулся - вот оно,
Заграничное кино!
Славный парень - супер!
Славный парень - супер!
Классный парень - супермен!



Склонность к дождю.

Вечер слит с дождем,
Все мы счастья ждем,
Забывая, как будто даря.
И совсем как встарь,
Тень качал фонарь
По намокшей стене сентября.

Мокрый лист, облетев,
Вдруг ладонью прижался к плащу.
Где-то есть заря, значит, все не зря,
Даже странная склонность к дождю.

Только все не так,
Мир упал во мрак,
Стер мой след с тротуара туман.
Дождь прошедших дней
В спину бьет больней,
По руке затекая в карман.

Где я был столько лет?
Как теперь отыскать мне себя...
Вечер слит с дождем,
Все мы счастья ждем,
За намокшей стеной сентября.

Вечер слит с дождем,
Все мы счастья ждем,
За намокшей стеной сентября.


Река забвения.

Старый клоун тихо едет
По проселочной дороге,
От сухих деревьев тени
Тянут руки, близок вечер.

Он везет с собой в корзине
Петуха, часы и свечи,
Он всю жизнь провел в разлуке
И не встречен.

Все вокруг казалось бредом,
Только старый клоун ведал,
Что исход неведом...
Колокольный звон поведал,
Что свершаются все беды
В эту среду.

А дорога все дрожала
Под копытами гнедого,
Под колеса попадали
Лишь каменья да надежды.

Горный ветер пал в долину
И сорвал с него одежды,
Сердце вздрогнуло,
Но биться стало реже.

Он кричал, никто не слушал,
Мир катился спелой грушей
Ближе к краю...
Дождь шумел в стакане света,
Жизнь прошла, и только где-то
Плещет Лета...

Мертвый клоун тихо едет
По проселочной дороге,
От сухих деревьев тени
Тянут руки, близок вечер.
Он увез от нас в корзине
Петуха, часы и свечи...



Любовь углекопа.


Я с детства странный - получилось так.
Я ей звонил однажды на пятак.
Но в автомат он просто не вошел.
Я отпустил его, и он ушел.

Идет по мостовой, легко звеня,
Теперь не вспоминает по меня.
Не знает он, что мне любовь храня,
Того звонка она ждала два дня.

Я с детства странный - я пою во сне.
К ней голубя отправил вслед весне.
А он упал на стекла битых скал,
Чтоб я потом всю жизнь его искал.

Настигла осень, золотом томя.
Поют дожди - она забыла про меня.
Не виноват ни вечер, ни пятак,
Я просто странный - получилось так.



Упал закат.

Упал закат на круп коня,
Дороги вновь манят меня.
В пыли дорожной - теплой и мягкой
Только копыта тихо стучат.

Остался замок у мелкой речки,
Лишь конь усталый звонит уздечкой,
Чистые рощи ночью укрыты,
Только копыта тихо стучат.

Моря и горы, да путь мой светел,
Всегда со мною копье и ветер.
Звезды уснули в гулкой вселенной.
Только копыта тихо стучат.



Белое безмолвие.

ухой, как крик, снег,
В ущельях грязный лед,
И ветра дикий смех
На клочья воздух рвет.

Крутой небес склон
Извергнет сонм бед,
И вьюги тихий стон
Мой заметает след
Белым, как саван, безмолвием.

Сюда дорог нет,
Отсюда нет пути,
И все, что так искал,
Немыслимой найти.

Ты оглянись назад -
На талый снег лег
Последний слабый след
Твоих уставших ног.
Белое, белое безмолвие.

Последнее тепло
Отдашь под вой труб,
Пытаясь закричать,
Не разжимая губ.

Упав лицом вперед,
Застынешь навсегда,
Когда в твоих глазах
Распустит два крыла
Белое, белое безмолвие.

Старый паровоз.
Город только что проснулся,
Но уже со всех сторон
Люди в праздничных одеждах
Выбегают на перрон.

А вдали за поворотом,
Весь усыпан цветом роз,
Еле двигает колеса
Самый старый паровоз.

Разноцветные вагоны
Облепила детвора.
Тихо скрипнул бедолага -
Что ж, в депо ему пора.

А под сводами вокзала
Вдруг с мажора на минор
Перешел оркестр, и горько
Разрыдался дирижер.

Заржавевшие колеса
Скрипнут тихо иногда.
В твердом сердце паровоза
Притаилась темнота.

Но расстаться с ним нет силы,
И, хоть это не к лицу,
Он теперь влюбленных возит
По трамвайному кольцу.

В ожидании дождя.
Светло-серым стало небо
И прохожим стало грустно.
По бульвару в платье белом
Ты ушла...

Месяц август - сердце сжалось,
Ах, как странно сердце сжалось.
Будет дождь, такая жалость,
Будет дождь...

Черный кофе в тонкой чашке,
Нераскрытая газета,
Как легко уносит ветер
Теплый пепел сигареты.

Месяц август - сердце сжалось,
Ах, как странно сердце сжалось.
Будет дождь, такая жалость,
Будет дождь...

Как легко уходит лето,
Как светло любовь уходит,
Дождь пойдет по всем приметам,
Дождь пойдет...

 
Высоцкий 75 лет

бСЮсдЪ ?ЪЬЪдн RЪзСЫЭаУгЬаФа ?ЮЪдвЪЫ +ЦУиаУ. °жЪиЪСЭоЯнЫ гСЫд